Система ПРО не сможет защитить всю страну от ядерных ракет
Система ПРО не сможет защитить всю страну от ядерных ракет
(фото: Григорий Сысоев/РИА Новости)
Переговоры по стратегической стабильности между Россией и США, а также Россией и НАТО зашли в тупик. По их завершении пошла волна эскалации взаимных угроз. Иной раз создаётся впечатление, что мир стоит на пороге ядерной войны. Что сможет Россия противопоставить супостатам в случае реального столкновения?
Россия и США сегодня имеют примерно одинаковое количество зарядов стратегического наступательного вооружения: согласно прошлогодним данным, у России – 1456, у США – 1357 единиц.
100 целей в России
В случае войны американские ракетчики попытаются уничтожить не меньше сотни потенциальных целей в России, используя боеприпасы различной мощности. Согласно плану Prompt Global Strike (PGS) атака на территорию России будет происходить с помощью баллистических ракет Minuteman III с континентальной части Америки. Также в ход будут пущены баллистические ракеты подводных лодок Trident II D5 и ядерные бомбы, размещённые в Европе. В нескольких минутах лёта от границ России, по разным оценкам, может находиться от 200 до 300 боеприпасов разной мощности, включая бомбы и ракеты повышенной мощности – в 500 килотонн и более. Дальности пуска этих ракет может хватить для уничтожения объектов вплоть до городов Поволжья. Ситуация ещё более усложнится, если США разместят своё ядерное в окружение в странах Восточной Европы – в Польше и Румынии.
Насколько эффективна будет в случае массированной атаки российская система ПРО – большой вопрос. До недавнего времени основной проблемой российских противоракетчиков была катастрофическая нехватка средств обнаружения. После распада СССР на территории России осталось меньше половины РЛС системы предупреждения о ракетном нападении. Как неоднократно сообщали в российском Минобороны, за последние годы всё же удалось залатать прорехи, и сегодня, как утверждается официально, практически создана система, которая способна отследить ракетный пуск в любой части земного шара. В планах – дальнейшее её развитие, в том числе за счёт создания спутниковой группировки.
Но это всего лишь полдела – обнаружить пуски ракет противника, после этого их нужно ещё сбить. Когда речь идёт о единичных целях, то особых вопросов не возникает. Но если на самом деле дойдёт до войны, то враги постараются «проломить» российскую ПРО массированным ударом. И каким окажется баланс сил в конкретный момент, предугадать очень трудно.
Известно, что основная мощь противоракетной обороны сосредоточена на защите Москвы, в то время как некоторые другие регионы России защищены от ракетных ударов чисто символически. Специалисты утверждают, что полностью закрыть небо над Россией от вражеских ракет и самолётов при существующих технологиях невозможно – слишком большое пространство нужно контролировать.
Сейчас система российской ПРО активно усиливается зенитными комплексами С-400. Известно, что они способны сдерживать довольно мощный натиск авиации. Это учитывают в своих планах и натовцы. Западная пресса пишет, что российские С-400 в случае боестолкновений будут атакованы роями беспилотников. Такая тактика направлена на то, чтобы перегрузить ложной избыточной информацией РЛС ПВО, головки самонаведения зенитных ракет и ракет класса «воздух-воздух». О практических испытаниях С-400 в таких ситуациях ничего не известно, и это настораживает.
Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг уверен, что Евросоюз не сможет самостоятельно обеспечить собственную безопасность без помощи со стороны альянса.
В прошлом году сообщалось, что на вооружение приняты новые мобильные ЗРК С-500 и С-550, которые станут частью системы противоракетной обороны, но о характеристиках и эффективности этих систем практически ничего неизвестно, и они не подтверждены в боевой обстановке. Также неизвестно, когда они начнут поступать в армию и в каком количестве.
«Мёртвая рука» Москвы
Периодически появляется информация, что Россия разрабатывает и другие оборонительные системы. Планировалось, к примеру, возобновить испытания комплекса активной защиты от ракет. Особенность этого проекта в том, что уничтожение летящих объектов происходит с помощью небольших шариков на высоте до 6 километров. Они создают сплошное поле поражения из десятков тысяч элементов. Если это получится сделать, то ракета, которая на сверхзвуковой скорости встретится с таким препятствием, будет моментально разрушена.
Но это пока оборонительные технологии будущего. По оценкам экспертов, если война начнётся прямо сейчас, то больше половины вражеских ракет при массированном ударе могут достигнуть своих целей. Если они будут нести ядерные заряды, то несколько десятков миллионов человек погибнут практически мгновенно, выжившие получат серьёзные травмы и окажутся в условиях полной разрухи.
Утешение остаётся только одно: почти при любом раскладе Россия будет способна нанести ответный ядерный удар. Такая возможность сохраняется, даже если будут уничтожены все штабы и системы связи. Для этого ещё при Советском Союзе была создана система «Мёртвая рука», которая в критической ситуации самостоятельно даст команду на запуск ракет. Правда, из-за высокого режима секретности о состоянии и возможностях этой системы сегодня ничего неизвестно. Однако само наличие «Мёртвой руки» может удержать противника от атаки на Россию. Против сценария ядерной войны работает и теория ядерной зимы, которая утверждает: куда бы ни была направлена массированная ядерная атака, в итоге планету ждёт экологический коллапс.
Анатолий Цыганок, руководитель Центра военного прогнозирования
– Сегодня параллельно идёт развитие систем ПРО в США и России. При этом довольно сложно сказать, кто находится в лидерах, поскольку эта тема достаточно закрыта в обеих странах. Но можно однозначно утверждать, что при обмене ударами обе страны понесут значительный ущерб. США постараются уничтожить все российские ядерные заряды и баллистические ракеты, в которые они установлены, а также все аэродромы, порты, крупные защитные районы, например на севере страны, в Арктике или на Камчатке. Неотвратимое возмездие ждёт США через 10 минут после того, как применение ядерного оружия против России будет подтверждено. Именно столько времени России потребуется для ответного удара, подлодки ВМФ России в северных широтах и Атлантическом океане нанесут удары по заранее запланированным целям.
Кстати
По мнению экспертов, сегодня ни одна страна в мире не может, в первую очередь по экономическим причинам, создать систему ПРО, способную обезопасить всю её территорию от массированной ракетной атаки. Даже американская система ПРО защищает только позиционные районы базирования баллистических ракет, Вашингтон и Нью-Йорк не прикрыты от ракетных атак. Причина в высокой стоимости ПРО. К примеру, на один пуск американской противоракеты EKV требуется около 70 млн долларов, а для гарантированной защиты от нападения потребуются тысячи подобных ракет. Такие расходы слишком велики даже для американцев, которые в связи с этим продолжают искать способы создания менее дорогой, но при этом более надёжной системы перехвата вражеских ракет. Что уж говорить о России, военный бюджет которой значительно меньше.
Железный купол: как устроены системы ПРО и почему их можно обмануть
Гонка вооружений не прекращается: США тратит $718 млрд в год на вооружение и содержании армии. Россия стоит на шестом месте в рейтинге по военным расходам, но наращивает траты — за последнее десятилетие Министерство обороны стало тратить на нужды армии $61,4 млрд. Одной из ключевых технологий, выступающей гарантом государственной безопасности, является противоракетная оборона. Системы ПРО у разных государств постоянно модернизируются и обновляют свой функционал в зависимости от развития вооружения потенциальных противников. «Хайтек» рассказывает о том, как работают системы ПРО и как их можно обмануть.
Читайте «Хайтек» в
Противоракетная оборона есть далеко не у всех стран мира. Конечно, соответствующие установки есть в США, России и большинстве стран Евросоюза, а еще во Французской Гвиане, Марокко, Алжире, Израиле, Саудовской Аравии, Катаре, ОАЭ, Индии, Китае и Южной Корее, Японии и Новой Каледонии. Крупные военные игроки, например, США, продают другим собственные разработки. Они снабжают своими ракетами THAAD Южную Корею и ОАЭ. Ракеты «Астер» от международной европейской компании MBDA тоже используются не только в Европе, но и в африканских странах. Ничего эксклюзивного в ПРО нет — системы разных стран работают по одному и тому же принципу. Разберемся на примере США.
Противоракетная система НАТО и США
Национальная противоракетная система США (NMD) была предметом активных обсуждений большую часть прошлого века. Это, учитывая политическую обстановку XX века, было вполне закономерно. В 1999 году Конгресс США решил, что времени на разговоры больше нет: он принял законопроект внедрения системы для защиты страны от увеличивающегося числа чужих ракет высокой дальности.
Во время президентской кампании 2000 года Джордж Буш-мл. дал ясно понять, что его администрация поддерживает программу ПРО, несмотря на то, что ее введение бьет по отношениям России и США. В Кремле, в свою очередь, выступили против создания американского ракетного щита, но в итоге защитная система была создана. На нее потратили $30,2 млрд, пять лет работы и, наконец, в 2005 году ввели в эксплуатацию.
Система развивается и улучшается до сих пор, но в основе своей имеет ту модель, которая была предложена еще во времена президента Рейгана. В ней нет ни лазеров, ни скорострельного оружия, хотя в первых редакциях Стратегической оборонной инициативы (SDI) они рассматривались как возможные инструменты. Тогда СМИ окрестило программу системой из «Звездных войн».
Современная ПРО США (GMD) использует некоторые разработки «фантастической» SDI, правда, самые «приземленные». Боеголовки отслеживаются спутником и радаром во время средней фазы полета, когда МБР движется над атмосферой со скоростью, в 20 раз превышающей скорость звука. Ракеты GMD, запущенные из шахт на Аляске и в Калифорнии, сбивают МБР в небе, прежде чем те набирают ускорение к земле, когда уже любой взрыв будет наносить поражение. GMD унаследовала от SDI несколько частей:
- Модернизированный радар раннего наземного предупреждения (UEWR). Эта часть системы обнаруживает запуск ракет противника и отслеживает их полет. Радар состоит из фазированной решетки, которая может обнаруживать и отслеживать баллистические ракеты. Аппараты размещаются на кораблях и наземных станциях. Данные, которые собирают радары и спутники, направляются в командный пункт BMC3 в Шайенн-Маунтин, штат Колорадо. Там, в свою очередь, формулируют способы реагирования.
Фазированная антенная решетка — антенная решетка, направление излучения и форма соответствующей диаграммы направленности которой регулируются изменением амплитудно-фазового распределения токов или полей возбуждения на излучающих элементах.
Фазированная решетка отличается тем, что амплитудно-фазовое распределение не является фиксированным, оно может регулироваться (управляемо изменяться) при эксплуатации.
- Инфракрасная система космического базирования (SBIRS). Есть три вида спутников из системы SBIRS: четыре спутника на геостационарной земной орбите (GEO), два спутника с высокоэлипптической орбитой (HEO) и множество спутников на околоземной орбите (LEO). Сейчас армия США ведет работу над разработкой SEWS, новой спутниковой системы для противоракетной защиты. Она сможет засекать ракеты через 20 секунд после старта, в отличие от SBIRS, которая тратит на обнаружение 40–50 секунд.
- Наземный радар X-диапазона (XBR). В основе работы этого радара тоже лежит фазированная решетка и технология обработки радиолокационного сигнала. XBR отслеживает ракеты по мере их приближения к США, а также оценивает опасность снарядов. Система получает информацию о том, оснащены ли ракеты боеголовками. XBR оснащен радаром с высоким разрешением, позволяющим точно различать близко расположенные объекты. Разрешение радара — 50°, он может поворачиваться на 360° для отслеживания целей. Охват системы — 17,46 акров (почти 71 тыс. кв. м). Он передает диаграмму направленности узким пучком из электромагнитных импульсов. Радиолокационная станция состоит из радиолокатора X-диапазона, установленного на специальном постаменте, средства управления и технического обслуживания, средства выработки электроэнергии. Всё это располагается на охраняемой территории площадью 150 кв. м.
- Наземные перехватчики (GBIs). В основе современных ПРО лежит технология экзоатмосферного уничтожения устройств (EKV). В нее входят датчики и двигатели, которые позволяют уничтожить ракеты противника без баллистического заряда. Перехватчики используют собственные инфракрасные искатели, систему наведения и двигатель. Когда ракета приближается к цели, данные с радаров X-диапазона объединяются с информацией с бортовых датчиков, что позволяет успешнее обнаруживать вражескую ракету. EKV постоянно корректирует траекторию полета до тех пор, пока ракета не окажется в конечной точке своего пути — у обшивки запущенного снаряда. Удар приводит к уничтожению боеголовки и заряда в ней — ядерного, химического или биологического.
X-диапазон — диапазон частот сантиметровых длин волн, используемых для наземной и спутниковой радиосвязи. По определению IEEE, этот диапазон простирается от 8 до 12 ГГц электромагнитного спектра (длины волн от 3,75 до 2,5 см), хотя в спутниковой связи этот диапазон «сдвинут» в сторону C-диапазона и лежит примерно между 7 и 10,7 ГГц.
У всех стран из блока НАТО есть и другие системы для перехвата ракет малой и средней дальности: старые модели Patriot, американо-израильский Arrow и современный Iron Dome. Эти системы работают аналогичным образом с помощью радиолокационного метода слежения, но нужны только для перехвата меньших ракет, у которых высота и скорость значительно ниже, чем у МБР. Системы малой и средней дальности охватывают области в несколько десятков километров, поэтому обычно они служат резервным ресурсом для крупных систем. Такие установки стоят на границах Южной Кореи и Японии, откуда недалеко до территорий России, КНР и КНДР.
Кроме того, на вооружении блока и США есть система защиты терминальной высокогорной зоны (THAAD), которая использует кинетический перехват для точного уничтожения вражеских ракет. Она работает для снарядов средней дальности и достигает их прямым попаданием в верхних слоях атмосферы.
Кинетический перехват работает так, что ракета противника либо уничтожается полностью, либо продолжает свой полет к цели. В результате столкновения боеголовок практически не остается осколков, которые могут повредить спутники или создать помехи. Кинетическим такой способ называется потому, что противоракета не несет боевого снаряда — вражеская цель сбивается только благодаря кинетической энергии аппаратного отсека ракеты.
Тем не менее, у ПРО есть крупный минус. Джордж Н. Льюис, физик и старший научный сотрудник Института исследований проблем мира и конфликтологии в Корнельском университете, объясняет в своей статье «Эффективность защиты от баллистических ракет», что в реальной жизни, вне испытаний опыта пуска противоракет просто нет. Системы тестируются, успешно показывают себя в испытаниях, но большинство экспериментов представляет собой демонстрацию большого количества сценариев. В итоге показывается скорее надежность самих систем, а не их фактическая эффективность в реальном развитии событий.
Согласно показаниям испытаний, система GMD, защищающая весь альянс НАТО, справляется только в 50% случаев. Более новая система «Иджис» показывает лучшие результаты, работает и днем, и ночью. Тем не менее ее противоракеты имеют слишком низкую скорость, которой недостаточно для покрытия больших территорий. Ее можно использовать для защиты города, маленьких стран, но не континентов.
Даже если вероятность успешного применения GMD и «Иджис» увеличится, этого всё равно окажется мало. Например, если вероятность составит 80–90%, оставшиеся 10–20% продолжат оставаться главным критическим аргументов против нынешних американских систем.
Кроме того, в экспериментах часто не учитывается применение «контрмер» атакующей стороной. Они включают в себя разные механизмы, например, отвлекающие маяки или охлаждающие панели для отвлечения или запутывания радаров. Американская система GMD хорошо отслеживает запуски ракет, но совсем не разбирается в том, нагружены ли эти ракеты зарядами. Главный датчик, отвечающий за распознавание заряженных ракет, расположен в Гонолулу и имеет большие ограничения в эксплуатации. И хотя есть предположения о том, что «контрмеры» сильно понижают эффективность ракет, это не решает саму проблему.
Как обмануть ПРО?
Одна из проблем для любой ПРО заключается в контрмерах, которые может предпринять противник. Разных уловок множество, и многие из них нарушают работу радаров, сводя полезность системы на нет.
МБР, которая выходит в промежуточную фазу над атмосферой, может запускать приманки — они отвлекают перехватчики. Они следуют той же траектории, что и настоящая МБР, а потому это затрудняет отслеживание реальной боеголовки с зарядом. Единственный способ избежать катастрофы — сбить все вражеские объекты. Для США, которая имеет в запасе всего 44 противоракеты, способных уничтожить МБР, это может стать фатальной ошибкой. Противник вполне способен запустить 45-ю ракету с зарядом.
«Охлаждаемый кожух», то есть наружная обшивка ракеты, может снижать температуру боеголовки. Для отслеживания целей перехватчики полагаются на инфракрасные датчики, а потому «холодную» ракету увидеть гораздо труднее. Такие контрмеры есть на вооружении России, Ирана и Северной Кореи, которые и представляют главную опасность для США.
Одна из последних разработок ракетостроения — гиперзвуковые боеголовки. Сейчас их параллельно испытывают Китай, Россия, Япония и США. Такое оружие сочетает скорость баллистической ракеты с маневренными возможностями крылатых ракет. Снаряды движутся со скоростью 6 115,5 км/час и могут маневрировать в течение всего полета. По сути, такая боеголовка просто уклоняется от летящих в нее противоракет. Гиперзвуковая ракета — на сегодняшний день самый эффективный способ против современных ПРО.
Огромную скорость гиперзвуковая ракета развивает благодаря реактивному двигателю, который использует технологию «воздушного дыхания». Двигатель собирает кислород из атмосферы и смешивает его с водородным топливом, создавая горение, нужное для сверхбыстрого путешествия. При этом метод отличается от того, который обычно применяется при запуске космических челноков: там процесс сжигания происходит благодаря жидкому кислороду, окислителю, из которого уже состоит 70% космического топлива.
Гиперзвуковые ракеты запускают двумя способами: во-первых, они выпускаются на последних этапах взлета МБР, летят поверху атмосферы и ускоряются с помощью реактивных двигателей; во-вторых, они, как и крылатые ракеты, могут быть выпущены из бомбардировщика.
Главная опасность гиперзвуковых ракет для ПРО заключается в том, что они способны маневрировать в полете, а значит, уклоняться от ракет-перехватчиков. Вариантов борьбы с гиперзвуковыми боеголовками мало: стрелять всеми стандартными противоракетами сразу, закрывая большую часть пространства для маневра, или выставлять против ракеты противника маневрирующие высокоскоростные самонаводящиеся элементы. Такой снаряд, летящий навстречу боеголовки, выпустит поражающие элементы, вновь перекрывая траектории маневра.
Говоря о скорости ракеты, которая летит быстрее скорости звука, предпочитают использовать число Маха — это реальная скорость в некой среде, которая заполнена веществом. Например, скорость, с которой воздух обтекает, например, самолет. Чтобы получить скорость в числах Махах, нужно разделить эту скорость вещества на скорость звука в этом веществе. Чем больше высота, тем ниже скорость звука и выше число Маха.
Если бы президент США Рональд Рейган всё-таки настоял на самонаводящихся лазерах, с гиперзвуковыми ракетами не возникло бы никаких проблем. Впрочем, это было бы чудесным изобретением в прямом смысле слова. Испытания на казахстанском полигоне Сары-Шаган показали, что мощности советских лазеров недостаточно для того, чтобы разрушить боеголовку баллистической ракеты. Выводы испытаний справедливы и для США: энергия американских лазеров не превышала нескольких килоджоулей. У СССР к 1975 году были установки с мощностью 90 кДж.
У России есть план решения проблемы гиперзвуковых боеголовок. Для истребителей МиГ-31 и МиГ-41 разрабатываются ракетные комплексы дальнего перехвата, которые способны поражать гиперзвуковые боеприпасы. Они работают так: тяжелая ракета выпускается из самолета и доставляет несколько современных ракет «воздух-воздух» в район полета гиперзвукового снаряда. Затем ракеты отделяются от носителя и атакуют цели самостоятельно благодаря самонаводящейся головке.
Но в адрес этой технологии существует много критики. Во-первых, сомнения вызывает и ее применение к обычным баллистическим ракетам. Во-вторых, российская гиперзвуковая защита на базе МиГ будет действовать против тактических гиперзвуковых ракет, а не МБР. Нынешние американские и российские гиперзвуковые ракеты развивают скорость от 8 до 10 чисел Маха. При этом боеголовки МБР летают над атмосферой с большей скоростью, но не способны менять траекторию. Сложно представить, что объект, летящий с десятикратной скоростью звука, оставит время для обнаружения и реакции.
Тотальная безопасность. Как Российская армия защищает границы от вражеских ракет, ядерных боеголовок и самолетов?
Надежные и эффективные системы противоракетной и противовоздушной обороны (ПРО и ПВО) — гарантия защиты от нападения с воздуха, включая ядерные атаки. Из всех стран мира, включая США и Китай, наибольшего успеха в создании комплексов ПРО и ПВО достигла Россия. «Лента.ру» в рамках спецпроекта «Оружие России» рассказывает о системах противоракетной и противовоздушной обороны, стоящих на страже безопасности страны, о том, как развивались их технологии на фоне большой истории и каковы перспективы этой сферы в будущем.
1953 год. В знаменитом «письме семи маршалов» высшему руководству СССР сообщается, что в ближайшее время у главного противника — США — появятся баллистические ракеты дальнего действия. По прогнозам, они должны были стать основным средством доставки ядерных зарядов, и советская ПРО в случае возможной атаки не смогла бы справиться с ними. Тогда все было понятно: проблему надо решать. За это взялись лучшие конструкторы страны.
И 4 марта 1961 года их решение успешно опробовали — с полигона Капустин Яр была запущена баллистическая ракета Р-12 с макетом 500-килограммовой боеголовки, которую затем поразила противоракета В-1000. Так была испытана система «А», впоследствии ставшая основой первой советской стратегической системы ПРО.
Поздравить конструкторов тогда захотел сам Никита Хрущев.
Это хорошо, что вы научились попадать своей ракетой в муху в космосе. Но надо научиться управляться с роями этих мух
Советские разработки превосходят зарубежные. Одна из причин кроется в алгоритмах и программном обеспечении, которое используется в российских комплексах ПВО.
Можно, например, вспомнить осуществленную в 1995 году разведывательным управлением Минобороны США операцию по отправке из Минского высшего инженерного зенитно-ракетного училища (МВИЗРУ) на военную авиабазу в Алабаме одного из комплексов С-300. Изучив на тот момент одно из последних достижений российской военной мысли и технологии, американские инженеры так и не смогли разобраться в его системе управления — а значит, не сумели использовать отечественные технологические решения в собственных разработках.
Однако история российской ПРО-ПВО началась задолго до XX века, о чем нельзя не вспомнить сейчас.
От аэростатов к пушкам
В конце XVIII века, во время войны первой коалиции, австрийцы попытались обстрелять французский аэростат из мортиры. Тот эпизод считается одним из первых в мировой истории примеров зенитной атаки по воздушной цели. Воплотить замысел не удалось, хотя враг, среагировав на угрозу, покинул поле боя. Тем не менее спустя пару лет при осаде голландской крепости Шарлеруа австрийцы повторили попытку — на этот раз успешно: французский аэростат был уничтожен.
В России зарождение ПВО началось в начале XX века, когда военные предприняли несколько попыток сбить японские аэростаты при обороне Порт-Артура во время Русско-японской войны
Впоследствии российские специалисты придумали некоторое количество способов уничтожения летательных аппаратов противника. Все они предполагали поражение не самой цели, а зоны, в которой она находится.
В частности, в 1912 году генерал-лейтенант Русской императорской армии Евгений Смысловский предложил уничтожать пулеметным огнем не отдельный аэростат, а область воздушного пространства перед ним. По его расчетам, «одновременная стрельба из восьми пулеметов в течение пятнадцати секунд должна была вывести из строя одного из трех лиц, летящих на аппарате, который попал в подобную зону обстрела».
Тогда же штабс-капитан Василий Тарновский разработал бронированную автомобильную установку, оснащенную зенитным орудием калибра 76,2 миллиметра. Под названием «Орудие Тарновского — Лендера» ее начало выпускать Общество Путиловских заводов. Установка позволяла при скорострельности 12-18 выстрелов в минуту поражать воздушные цели на высоте до четырех километров.
Незадолго до Первой мировой войны одновременно с наземными установками ПВО российская армия начала использовать только зарождавшуюся истребительную авиацию, основной задачей которой было уничтожение летательных аппаратов противника. Еще за два года до начала войны император Николай II подписал закон «Об изменении и дополнении действующих узаконений о государственной измене путем шпионства». Он предполагал уголовное наказание за несогласованный пролет над военными и другими укрепленными объектами на территории Российской империи.
Один из первых ярких моментов согласованного действия авиации и наземных частей пришелся на 9 сентября 1914 года, когда российский поручик при выполнении разведывательного полета в Восточной Пруссии (современная Калининградская область) обнаружил немецкий самолет. Тот был вынужден пойти на снижение, а потом был обстрелян пехотой. За день до этого, 8 сентября, штабс-капитан Петр Нестеров на аэроплане-парасоле «Моран» использовал воздушный таран для уничтожения австрийского разведывательного самолета типа «Альбатрос».
Тем не менее в годы Первой мировой войны наилучшими средствами для уничтожения воздушных целей оставались 76,2-миллиметровые пушки, которые устанавливались на особые поворотные рамы.
Военное время
В 1930-е вооруженные силы стали уделять все большее внимание воздушной обороне — появились новые истребители, зенитные прожекторы, звукоулавливатели и аэростаты заграждения. Во время Второй мировой войны во многом благодаря истребительной авиации и частям ПВО удалось выдержать блокаду Ленинграда и оборону Москвы. Только в июле и августе 1941 года немцы совершили 17 массированных налетов на Ленинград. Все попытки прорвать оборону были пресечены. Из 1614 вражеских самолетов 232 было уничтожено и лишь 28 прорвались к городу.
Еще более напряженной для Германии была ситуация под Сталинградом, где с 19 ноября 1942-го по 2 февраля 1943-го советские летчики успешно провели 950 воздушных боев. По признанию руководства люфтваффе, эти поражения стали началом конца немецкой бомбардировочной авиации.
Настоящим вызовом для советской ПВО парадоксальным образом стало ракетное нападение Германии на Великобританию летом 1944 года. В ходе него нацисты впервые применили самолеты-снаряды V-1. Готовясь к отражению аналогичной атаки на советские объекты, в СССР приняли решение в предполагаемых секторах нападения организовать полноценную систему ПВО. В нее должны были войти зона заграждения, состоящая из аэростатов, зона огня зенитной артиллерии и зона истребительной авиации. Посты войск воздушного наблюдения, оповещения и связи дополняли радиолокационные станции (РЛС), круглосуточно обнаруживающие и отслеживающие воздушные цели.
уничтожили советские средства ПВО за годы Великой Отечественной войны
По завершении войны советские власти, убедившись в важности ПВО, приступили к масштабной реорганизации этих войск. Их задачей стала защита всех важнейших промышленных объектов от удара с воздуха.
«Опыт Великой Отечественной войны убедительно показал, что задачи, стоящие перед противовоздушной обороной страны, чрезвычайно сложны. Нет ни одного средства или оружия, которое могло бы решить их самостоятельно», — пишет в своей книге «Войска ПВО страны в Великой Отечественной войне» участник войны против фашистской Германии, выпускник Военной академии и Академии Генерального штаба, кандидат исторических наук Николай Светлишин.
Историк объясняет это тем, что борьба с противником в воздухе включает в себя ряд совершенно различных по характеру действий: обнаружение, опознавание, наведение, перехват (уничтожение) и так далее. «Каждая из этих задач может быть выполнена с должным эффектом только при помощи особых средств. Поэтому войска ПВО страны должны располагать надлежащим арсеналом средств, соответствующих характеру их задач», — считает Светлишин.
После войны развитие зенитной артиллерии в стране продолжило набирать обороты. Сразу после перехода на 100-миллиметровый зенитный артиллерийский комплекс ЗАК-100 в 1949 году начались разработки 130- и 152-миллиметровых пушек.
Параллельно с ними развивалась и радарная техника: в начале 1950-х войска получили первую РЛС метрового диапазона с индикатором кругового обзора и аппаратурой защиты от помех. Боевое крещение этого вооружения состоялось в Корейской войне: американская авиация сильно страдала там от советской зенитной артиллерии и истребителей.
Первый ракетный комплекс
Первым созданным в СССР зенитно-ракетным комплексом (ЗРК) стал С-25 «Беркут», защищавший Москву. Одноименная стационарная система противовоздушной обороны включала 56 таких огневых комплексов, расположенных кольцами на расстоянии до 50 и до 90 километров от Кремля, а также РЛС кругового обзора А-100 раннего обнаружения. Один С-25 «Беркут» держал на стартовой позиции 60 ракет и обеспечивал одновременный обстрел 20 целей.
Тем не менее этот зенитный ракетный комплекс был стационарным, а огромные пространства Советского Союза требовали мобильных систем, способных в короткий промежуток времени направиться в заданный район. Так в конце 1950-х появилась система средней дальности С-75 «Двина», способная уничтожать воздушные цели на высоте от 3 до 29 километров, дальности до 22 километров и скорости до 1500 километров в час. Боевое крещение «Двина» прошла 7 октября 1959 года, уничтожив в небе над Пекином на высоте более 20 километров разведывательный самолет B-57 Canberra американского производства.
Следующий триумф этого ЗРК произошел 1 мая 1960 года, когда он в районе Свердловска двумя последовательными ракетными ударами поразил американский высотный самолет-разведчик U-2 с пилотом Фрэнсисом Гэри Пауэрсом на борту.
Хрущев так вспоминал в своих мемуарах о полете Пауэрса: «Когда американцы сами себя запутали небылицей, мы решили выступить в открытую и, сделав более полное сообщение, уличить их во лжи. Мне поручили заявить на сессии Верховного Совета о ходе расследования с точным указанием, на каком аэродроме базируются самолеты такого типа, в какое время и на какой аэродром данный самолет перелетел в Пакистан, когда и каким маршрутом летел через нашу территорию, какая задача была поставлена перед летчиком — проследовать в небе СССР на такой-то аэродром в Норвегии».
В октябре 1962 года С-75 «Двина» отличилась на Кубе, не только зафиксировав нарушение границы воздушного пространства американскими самолетами, но и сбив на высоте 21 километр еще один U-2.
После этих событий полеты U-2 над территорией Советского Союза прекратились, а Соединенные Штаты перестали получать значительную часть разведывательной информации: расположение объектов ПВО, аэродромов базирования истребителей-перехватчиков, позиций зенитной артиллерии и РЛС. Инцидент с Пауэрсом также привел к репутационным потерям для США, вынужденных признать факт шпионажа в воздушном пространстве СССР.
В дальнейшем «Двина» отлично показала себя в ходе войны во Вьетнаме. 24 июля 1965 года в районе Ханоя пуском четырех ракет типа В-750В были уничтожены сразу три самолета F-4 Phantom II. Так впервые в истории ЗРК сработали против сверхзвуковых истребителей-бомбардировщиков. По данным Минобороны СССР, за время конфликта С-75 уничтожили над Северным Вьетнамом около двух тысяч американских самолетов, включая более 60 стратегических бомбардировщиков B-52 Stratofortress.
В ходе арабо-израильской Шестидневной войны, длившейся с 5 по 10 июня 1967 года, египетские С-75 «Двина» сбили, по разным оценкам, от двух до девяти израильских самолетов. Два года спустя египетские ЗРК уничтожили семь израильских самолетов, в 1970-м — пятнадцать. В то время С-75 советского производства были одной из основных целей Военно-воздушных сил (ВВС) Израиля. Эти ЗРК, имевшиеся у египетской армии, не позволили Израилю завоевать господство в воздухе.
В 1967 году на вооружение был принят ЗРК дальнего действия С-200 «Ангара», предназначенный для борьбы со стратегическими бомбардировщиками, переносящими крылатые ракеты класса «воздух — земля».
По информации разработчика, Научно-производственного объединения (НПО) «Алмаз», этот комплекс обеспечивал уничтожение воздушных целей на скорости 360-3500 километров в час на дальности до 160 километров и на высоте до 35 километров. Возможности С-200 настолько превосходили свое время, что СССР вплоть до 1980-х запрещал экспорт этих систем.
Считается, что именно принятие на вооружение С-200 «Ангара» и появление истребителей-перехватчиков МиГ-31 уже в 1970-е сделали невозможными полеты американских сверхзвуковых самолетов-разведчиков SR-71 Blackbird над советской территорией.
Тем не менее развитие средств доставки ядерного оружия — в частности, появление межконтинентальных баллистических ракет (МБР) у Соединенных Штатов, а также активное освоение космического пространства, в том числе с военно-прикладными целями, — привели к радикальному пересмотру советской противоракетной и противовоздушной обороны. Так стали вырисовываться первые очертания того, что сегодня можно назвать единой системой ПВО.
Новый триумф
В 1982 году армии СССР и стран Варшавского договора провели учения «Щит-82», которые на Западе назвали «семичасовая ядерная война». Советский Союз готовился к ядерной войне с США, поэтому отрабатывал все возможные сценарии.
Легенда учений 1982-го и вовсе напоминает сюжет зрелищного кино в жанре альтернативной истории:
«Провокации со стороны США зашли настолько далеко, что привели к вооруженному столкновению в Центральной Европе. В результате спустя несколько часов Рейган отдал приказ о начале полномасштабных военных действий против СССР. За этим последовал упреждающий ядерный удар со стороны Советского Союза»
Сам удар — конечно, вовсе не в сторону США — нанесли 18 июня в качестве апофеоза этих учений. В течение всего семи часов в Советском Союзе были запущены три космических ракеты-носителя, две межконтинентальные баллистические ракеты наземного базирования, одна баллистическая ракета морского базирования, одна баллистическая ракета средней дальности. Также в ходе «семичасовой ядерной войны» двумя противоракетами А-350Р, стартовавшими с полигона Сары-Шаган, были перехвачены две головные части МБР УР-100, запущенные с Байконура.
Впрочем, уже через несколько лет стало очевидно, что значительно больше, чем американские ракеты, Советскому Союзу угрожают внутренние проблемы. Распад сначала ОВД, а затем и СССР остановил построение единой восточноевропейской ПВО, которая должна была обеспечить надежную оборону не только союзникам Москвы, но и западным территориям внутри страны. Выведя войска из Восточной Европы, современная Россия сконцентрировалась на собственной противовоздушной обороне. Для этого в начале 1990-х было выделено около 1500 важнейших объектов на территории страны, подлежащих надежной защите от возможных атак.
В январе 1994 года в России появилась Федеральная система разведки и контроля воздушного пространства, в рамках которой была предпринята попытка через систему автоматизации объединить радиолокационные системы войск ПВО, Военно-воздушных сил (ВВС) и Военно-морского флота (ВМФ) страны.
Несмотря на сложную экономическую ситуацию в 1990-х, оставшийся после Советского Союза задел позволил России относительно безболезненно пережить это непростое время. Уже в середине 1990-х практически полностью с вооружения были сняты С-75 и С-125, а устаревающие С-200 начали заменяться новыми С-300ПМ.
Советская школа программирования была на порядок выше американской. Когда после развала Советского Союза мы фактически ушли в тень, американцы посчитали, что ликвидировали конкуренцию. Но школа на военных предприятиях осталась. И мы видим результат: наши ракеты летают дальше и выше и попадают в цель точнее, чем американские. Так, у нас на одну цель приходится одна ракета, а у них нормативом считается две ракеты на одну цель
Настоящий прорыв произошел в 2007 году, когда на вооружение ВВС России был принят ЗРК большой дальности С-400 «Триумф». Для него уязвимы абсолютно все виды современного космического оружия. По заявлению разработчика, всего один С-400 способен одновременно обстреливать до 36 целей, наводя на них до 72 зенитных управляемых ракет (ЗУР). «Триумф» способен поражать самолеты, крылатые ракеты и беспилотники на дальности до 400 километров, а тактические баллистические ракеты, летящие со скоростью до 4,8 километра в секунду, — на расстоянии до 60 километров.
В 2010-х к этому ЗРК большой интерес проявили за рубежом. Первым иностранным покупателем С-400 «Триумф» стал Китай, затем — Индия. В июле 2019 года первые компоненты ЗРК получила Турция. Именно из-за покупки С-400 на эту страну — члена НАТО были наложены санкции США, ограничивающие туркам доступ к программе истребителя пятого поколения F-35 Lightning II. Тем не менее возможности российского комплекса настолько впечатлили Анкару, что она заключила с Россией контракт на покупку новых ЗРК, несмотря на противодействие США.
«На вооружении С-400 теперь стоят новые ракеты — с улучшенной точностью и дальностью по сравнению со старыми. Они достигают дальности до 400 километров, а сам комплекс может одновременно вести огонь несколькими перехватчиками. Для сравнения: американский Patriot за раз может запускать только одну ракету-перехватчик с дальностью 96 километров», — пишет турецкое издание TRT World.
Оборонный зонтик
В октябре 2021 года на вооружение Российской армии была принята последняя и самая совершенная разработка концерна Воздушно-космической обороны (ВКО) «Алмаз-Антей» — мобильный ЗРК С-500 «Прометей». В апреле 2022 года стало известно, что запущено его серийное производство.
В основе этого комплекса лежит принцип раздельного решения задач по поражению целей разного типа (включая низкоорбитальные космические аппараты). Хотя тактико-технические характеристики С-500 «Прометей» засекречены, известно, что это единственная в мире система ПВО, способная эффективно уничтожать гиперзвуковое оружие. Уязвимы для «Прометея» и стелс-самолеты, включая истребители пятого поколения F-22 Raptor и F-35 Lightning II.
Известно, что ракетный арсенал С-500 состоит из ракет 40Н6М (дальность около 600 километров) и гиперзвуковых ракет 77Н6-Н и 77Н6-Н1, тактико-технические характеристики которых не раскрываются. От других ЗРС — прежде всего американского Terminal High Altitude Area Defense (THAAD) — российский комплекс отличает не только возможность перехвата гиперзвуковых аппаратов, но и большая дальность действия. C-500 может уничтожать даже спутники на околоземной орбите на высоте до 1000 километров. Одновременно «Прометей» способен обстреливать до десяти целей, причем время реакции на каждую из них не превышает четырех секунд.
Фактически С-500 «Прометей» стал первым в мире комплексом, сочетающим в себе возможности оперативно-тактической ПВО и стратегической ПРО. В таком виде ЗРК станет основой единой информационной системы ПВО-ПРО, полностью заменив С-300 и еще больше расширив возможности С-400 «Триумф».
Противовоздушная и противоракетная оборона (ПВО и ПРО соответственно) — комплекс мер по обеспечению защиты воздушного пространства. Когда появились первые системы ПВО, боевых ракет еще не существовало, поэтому системы были направлены на уничтожение самолетов и других летательных аппаратов противника. ПВО включает в себя истребительно-авиационные, зенитные ракетные, зенитные артиллерийские, зенитные пушечно-ракетные комплексы (системы) и переносные зенитные ракетные комплексы. Они способны поражать все современные средства воздушного нападения в любых погодных условиях и в любое время суток.
После появления боевых ракет (вроде «катюш») встала задача создать отдельные средства уничтожения такого оружия. Средства ПРО состоят из противоракетных комплексов, информационно-разведывательных устройств различной дальности действия, пунктов боевого управления и связи. Они способны засечь любые ракетные цели, включая МБР и их компоненты, на всех участках траектории. В зависимости от назначения они могут быть объектными (для защиты важных точек), зональными (для обороны крупных районов) и территориальными (для обороны всей страны).
Как пишет американский журнал Military Watch, С-500 «Прометей» не имеет равных и станет настоящим убийцей американских истребителей F-22 Raptor и F-35 Lightning II. «С-500 может серьезно содействовать уничтожению самолетов-невидимок. Когда приборы этой системы объединяются в сеть с С-400 и прочими комплексами, они повышают их осведомленность и помогают эффективнее поражать малозаметные цели», — говорится в одной из публикаций.
Еще одно американское издание The National Interest отмечает, что «русские намерены связать воедино С-500 и другие комплексы, такие как С-400, С-300ВМ4, С-350 и прочие, создав единую интегрированную сеть ПВО», и подчеркивает, что новые системы «настолько совершенны», что в США начали опасаться за свои самолеты-невидимки F-22, F-35 и В-2.
«До создания С-400 были С-300 и С-200, то есть военно-техническая школа не прерывалась, конструирование не прекращалось, технологии развивались. Но основной фактор, который определяет судьбу оружия на поле боя, — это человек. Человек, который владеет этой техникой. Техника создавалась под человека», — считает военный эксперт Алексей Леонков.
В настоящее время ЗРК С-500 и зенитные ракетно-пушечные комплексы (ЗРПК) «Панцирь-СМ» объединены в единый контур управления. Первые отвечают за поражение удаленных целей, в том числе космических, а вторые — за защиту, в том числе самих ЗРК, от ударов беспилотников и крылатых ракет противника. При этом единая система управления, в зависимости от типа цели, сама выбирает, направлять против нее ЗРС или ЗРПК.
Подобное соединение С-500 и «Панцирь-СМ» обеспечивает эшелонированную оборону стратегических объектов, позволяя отражать абсолютно все известные на данный момент и даже перспективные угрозы. По большому счету, теперь Россия попросту неуязвима для вражеского удара как с воздуха, так и из космоса — вне зависимости от возможностей потенциального противника.
Почему ПВО не сбивает некоторые ракеты и беспилотники?
Для борьбы с ракетами, как известно, существуют средства ПВО, такие как российские ЗРК С-500 и С-400, “Панцирь-С1”, “ТОР”, американские NASAMS, Patriot и т.д. Это современные зенитно-ракетные комплексы, которые способны бороться с самыми разными видами воздушных угроз. К примеру, ЗРК С-500, о которых мы рассказывали ранее, способны сбивать даже гиперзвуковые ракеты. Но почему же в таком случае ракеты и беспилотники зачастую беспрепятственно проникают на защищенную территорию? Можно предположить, что эффективность этих систем снижается против современных ракет. Однако на практике можно наблюдать, что ПВО иногда не справляется даже со старыми ракетами, разработанными несколько десятилетий назад. Причины этому имеются разные. Предлагаем далее подробно разобраться почему так происходит.
Современные системы ПВО не обеспечивают защиту от ракетных ударов на 100%
Разница между ПВО и ПРО
ПВО и ПРО представляют собой средства для отражения воздушного нападения. Как не сложно догадаться, системы ПРО (противоракетной обороны) предназначены для борьбы с ракетами противника. Они могут уничтожать как тактические, так и стратегические ракеты различных типов.
Современные системы РЛС позволяют засекать ракеты на расстоянии свыше 5000 км. При этом ПРО способны уничтожать их на любых этапах полета. Причем они могут поражать отдельные части ракет, к примеру, ступени наведения, головные части и пр. Кроме того, они могут поражать ракеты-перехватчики наземного и морского базирования.
Комплексы С-300 против современных крылатых ракет недостаточно эффективны
Что касается систем (ПВО), то они способны поражать не только ракеты, но и все остальные средства воздушного нападения. Но какие системы эффективней против ракет, ПВО или ПРО? Однозначного ответа на этот счет нет, так как все зависит от конкретной модели системы.
К примеру, комплексы С-300 хоть и способны сбивать крылатые ракеты, прямая их задача заключается в защите территории от самолетов и вертолетов противника. С поражением современных крылатых ракет они справляются менее эффективно. связано это с тем, что ракеты используют различные приемы, повышающие их незаметность для систем РЛС. К примеру, они могут лететь на очень малой высоте. Иногда они летят вдоль русла реки, в результате чего вообще пропадают с радаров. Еще один распространенный прием — пуск ракет по одной траектории до определенного момента. На радарах они вначале видны как одна цель, но затем разлетаются, и системы ПВО не успевают среагировать.
Поэтому, если основой противовоздушной обороны служат комплексы С-300, эффективность ее против современных ракет сравнительно невысокая. То же самое касается зенитно-ракетных комплексов Бук М1. Комплекс С-400 “Триумф” в этом плане более эффективен.
Ракеты «Точка-У» сложно перехватить
Почему современные ПВО не сбили ракету “Точка-У”
Многих сейчас интересует вопрос, почему современные системы ПВО не всегда могут сбить достаточно старую ракету “Точка-У”. Как мы уже рассказывали, ракеты «Точка-У» могут иметь кассетную боевую часть. Это значит, что даже в случае ее поражения, она способна нанести серьезный ущерб территории, над которой была сбита. Если, к примеру, ракета сбивается над городом, это приводит к множеству жертв, так как огромное количество мелких осколков обрушиваются на землю с огромной скоростью.
Иногда же ПВО действительно не могут сбить “Точку-У”, но почему? Дело в том, что перехватить такую ракету довольно сложно. Как сообщает военный эксперт Евгений Линин изданию “МК”, максимальное расстояние, на котором ракета способна поражать цели, составляет 120 км, то есть время полета составляет всего несколько минут, чаще две минуты.
Чтобы в таких условиях системы ПВО могли сбить ракету, они должны работать постоянно и обязательно перекрывать друг друга, то есть быть эшелонированными. Если зоны прикрытия не перекрывают друг друга, между ними образуются бреши, сквозь которые могут пролетать ракеты.
Продолжительность полета ракеты «Точка-У» составляет всего несколько минут
По словам Евгения Линина, чтоб системы ПВО могли эффективно бороться с такими ракетами, они должны обладать автоматическим реагированием на пуск. К таким относится “Бук”, “Панцирь-С” и “Тор”, но только во включенном состоянии. То есть они должны работать беспрерывно. Обеспечить это условие очень сложно, так как радиолокационные станции имеют ограниченные ресурс работы.
Кроме того, постоянно включенные станции легко выявляются и служат мишенью для ракет противорадиолокационной борьбы. Такие ракеты наводятся по излучению от станции.
Американские дроны-камикадзе Switchblade практически не уязвимы для систем ПВО
Эффективность ПВО против беспилотников
Системы ПВО достаточно эффективны против ударных дронов, таких как Байрактар, Орион и т.д. Эти беспилотники достаточно крупные и плохо маневренные. Если первый заход еще может остаться безнаказанным, то при повторном заходе подобные ударные БПЛА чаще всего сбиваются современными системами ПВО.
Иначе обстоит дело с беспилотниками камикадзе, такими как “Куб” и “Ланцет”, а также американский Switchblade. Они имеют компактные размеры, плохо засекаются средствами РЛС, при этом движутся практически бесшумно. Такие дроны предназначены для одноразового использования, так как представляют собой летающий снаряд. Еще их принято называть “барражирующими снарядами”.
В 2021 году израильские системы ПВО «Железный купол» сбивали не все ракеты, запущенные по Израилю
Эффективность современных ПВО и ПРО
Напоследок отметим, что даже самые современные и эффективные системы ПВО не способны обеспечить защиту на 100%. В статье о беспилотниках “Гром” и “Молния” мы рассказывали о том, что ПВО и ПРО способны обработать одновременно лишь определенное количество целей. Если же целей слишком много, система дает сбой.
ВНИМАНИЕ! ПУБЛИКУЕМ ССЫЛКУ НА ЯНДЕКС.ДЗЕН КАНАЛ. Не упустите возможность подписаться, здесь вас ждут захватывающие материалы, которых нет на нашем сайте.
Но, даже если количество целей небольшое, всегда имеется риск того, что сбиты будут не все ракеты. К примеру, в мае 2021 года, когда из Газы был нанесен ракетный удар по городам Израиля, некоторые ракеты все же достигали цели, несмотря на то, что противостоял им “Железный купол”, одна из самых дорогих и засекреченных систем ПВО в мире.
Таким образом, ракетный удар — это всегда большая опасность. Поэтому не пренебрегайте сигналами воздушной тревоги и всегда проходите в укрытие. О том, как работают системы оповещения, мы уже рассказывали ранее.